Падший

Рассветный блеск и право созидать, Но в царстве душных праведных коленей святым грехом казалось размышлять. Там не прощали творческого зуда, Карьера там отлита в облака, и я ушёл, и это было чудом, Но чаша кары очень велика. Я не хотел ласкать воображение слепых рабов придуманным добром, Мой бунт — не зло, а просто предложение: зажечь умы, Хоть мудрости огнём.